Владимир Матвеевич Сидоров (valentin_aleksy) wrote,
Владимир Матвеевич Сидоров
valentin_aleksy

Categories:

Лекция о марксизме № 4. Социализм.

             У вступающего в дебри данной темы нет шансов не заблудиться, если сразу же не позаботиться о системе координат. О том «векторе», о котором шла речь во второй лекции.

Применительно к данной теме вектор и система координат легко задаются одним простым вопросом: Что есть антоним к понятию «социализм»? Или так: чему противостоит понятие «социализм»? Или: что является антиподом понятия социализма?

Подозреваю, что очень многие ответят, что антонимом понятия «социализм» является «капитализм».

Люди, которые так отвечают, сразу же, изначально попадают в ложную систему координат. Они следуют неверному, ненаучному вектору. В результате их блуждания по дебрям понятия «социализм» в лучшем случае заканчиваются ничем, а в худшем случае приводят их помимо их воли и даже помимо их сознания в стан злейших врагов и реальных разрушителей социализма. Ни одна мифическая «мировая закулиса», ни одна выдуманная «масонская ложа», никакое примерещившееся «мировое правительство», ни одно реально существующее капиталистическое государство, ни одна коалиция капиталистических государств, ни одна либеральная или прозападная партия в СССР или в РФ – никто из них не нанёс социализму столько вреда, сколько нанесли социалисты и коммунисты, следовавшие ложному вектору в ложной системе координат.

 

Посмотрим, чему противопоставляли социализм основоположники научного коммунизма.

- Что касается социализма, то известно, что он состоит в уничтожении товарного хозяйства, -  решительно заявляет Ленин в «Аграрном вопросе в России к концу Х1Х века». (ПСС, т. 17, с. 127.)

Как видим, Ленин противопоставил понятие «социализм» не капитализму как таковому, а товарному хозяйству. Может быть, речь идет об оговорке? Попробуем разобраться:

            Товарное хозяйство основано на производстве товаров. Определение товара до смешного просто. Это «продукт труда, вступающий в обмен» (К.Маркс, Ф.Энгельс. Соч., т. 13, с. 498).  Вырастил дед репку - и съел её сам со своими чадцами и домочадцами. Здесь репка не товар, потому что она не вступила в обмен. Вырастил дед репку - и отдал её рекетиру-медведю (вариант: отдал в качестве оброка помещику; ещё вариант: подарил соседке). Во всех этих вариантах репка не товар, так как она не вступила в отношения обмена. А вот если дед продал репку (обменял её на деньги, поменял на шило, на мыло, на сотовый телефон…), то репка стала товаром, так как вступила в отношения обмена продуктами труда между людьми. Товарное хозяйство – это хозяйство, основанное на отношениях обмена продуктами труда между людьми или между коллективами людей. Да-да, и обмен между коллективами людей, между так называемыми «трудовыми коллективами», между коллективом рабочих одного завода и коллективом рабочих другого завода, между артелями, между кооперативами, между картелями, между синдикатами, между трестами, - и такой ОБМЕН конкретно чего-то на конкретно что-то является товарообменом. И поэтому тот же Ленин настойчиво предупреждает: «Задача социализма – переход всех средств производства в собственность всего народа, а вовсе не в том, чтобы суда перешли к судовым рабочим, банки к банковским служащим.» (В.И.Ленин. Выступление на заседании Совнаркома 4 марта 1918 года. (ПСС, т. 35, с. 411.)  

С середины 80-х годов термин «товарное хозяйство» у нас стали стыдливо обходить, заменяя его термином «рыночная экономика». В принципе эти понятия практически тождественны. Просто разрушителям социализма потребовалось новое словосочетание, чтобы обойти марксистское понимание социализма как строя, противостоящего товарообмену. С учётом и словесных выкрутас 80-х годов мы можем теперь назвать ряд ключевых слов, которые у классиков противостоят научному понятию «социализм». Это слова «товарное хозяйство», «товарообмен», «обмен продуктами труда», «рынок», «рыночная экономика». Эти слова мы встретим практически во всех определениях социализма, которые давались Марксом, Энгельсом, Лениным и многими другими теоретиками социализма. Дабы избежать скучного доказывания этой истины, я просто приведу перечень возможных ссылок на соответствующие собрания сочинений. Кто сомневается в таком именно противопоставлении понятию социализм, тот может легко устранить сомнения, обратившись к соответствующим работам: К.Маркс, Ф.Энгельс. Полное собрание соч.: т.21,с.113; т.23, с.88; т.20, с.206; т.20, с.294. В.И.Ленин. Полное собрание соч.: т.1, с.253; т.35, с.411; т.43, с.276; т.12,с.81; т.12, с.127.  Нельзя также не упомянуть и про работы Сталина: "Экономические проблемы построения социализма в СССР" и Плеханова "Наши разногласия".

Одну скучнейшую задачу нам все-таки решить придется – разобраться с набившей оскомину нелепицей, будто Ленин в конце жизни пересмотрел свои взгляды на социализм и в результате в статье «О кооперации» будто бы «помирился» с товарным хозяйством известными словами о социализме как строе цивилизованных кооператоров. Эта ложь об изменении Лениным взглядов на социализм основана на наглой подмене исторического контекста. У Ленина речь шла об объединении самостийных крестьянских хозяйств в более крупные производственные единицы. Следовательно, у Ленина шла речь об УМЕНЬШЕНИИ числа товаропроизводителей. И само слово «кооперация» употреблено у Ленина в его истинном, первоначальном значении – значении соединения труда. А в середине 80-х годов кооперативы означали появление массы мелких предприятий на месте предприятий крупных. Они означали УВЕЛИЧЕНИЕ числа товаропроизводителей, разъединение труда.

Однако чем же таким отношения обмена в экономике так не устраивали марксистов? Здесь две причины.

Во-первых, марксист начинает с изучения тех общественных отношений, которые есть, а не которые «должны быть» согласно чьим-то там фантазиям. И марксист, конечно, замечает: Отношения обмена между отдельными людьми (отдельными семьями) давно уже стали анахронизмом, они вытесняются с развитием производства вообще и с развитием капитализма в особенности. Это как процесс эволюции в живом мире, как появление на месте колоний простейших клеток высокоорганизованных организмов, которые ведь в принципе тоже состоят из клеток, но жестко связанных между собой, причем связанных не только и не столько отношениями обмена. Уже при капитализме огромное большинство людей не являются самостоятельными товаропроизводителями. Они работают на фабриках и заводах, принадлежащих небольшому количеству людей. Так что высокая честь выступить в качестве участника товарообмена – только у небольшой кучки заводчиков и фабрикантов. Да и эти последние оказываются постепенно объединёнными в крупные корпорации, даже в транснациональные корпорации. Этот процесс происходит естественным путём, стихийно. Противостоять этому процессу – значит перечить объективным законам, пытаться побороть логику развития производительных сил. Именно эта логика доводит дело до того, что в народном хозяйстве начинает господствовать государственно-капиталистическая монополия. А что же социализм? А социализм вовсе не является антонимом, антиподом государственно-капиталистической монополии. «Социализм есть не что иное, как государственно-капиталистическая монополия, обращенная на пользу всего народа и постольку переставшая быть капиталистической монополией», - настойчиво утверждал Ленин. Мы видим: тот самый Ленин, который столь решительно противопоставлял социализм товарному хозяйству, который говорил буквально об УНИЧТОЖЕНИИ товарного хозяйства как сути социализма, этот же Ленин вовсе даже не собирается уничтожать государственно-капиталистическую монополию, он только заявляет о необходимости перенаправить ее «на пользу всего народа». Перенаправьте – будет социализм! И неудивительно. Ведь внутри монополии отношения обмена уже уничтожены либо изменены, подчинены интересам единой монополии, здесь «клетки» уже не сами по себе, они стали частью единого организма.

Во-вторых, отношения товарообмена (рыночного обмена) и впрямь не устраивают марксистов. По двум причинам. Первую причину мы показали в предыдущей лекции. В ней мы увидели, что отношения стихийного рыночного обмена приводят к убыточности  передовых современных производств, они тормозят развитие производительных сил. Вторую причину Фридрих Энгельс сформулировал вот как: «…ни одно общество не может сохранить надолго власть над своим собственным производством и контроль над социальными последствиями своего процесса производства, если оно не уничтожит обмена между отдельными лицами» (Ф.Энгельс. Происхождение семьи, частной собственности и государства. Соч., т. 21, с. 113).

В силу геоисторических условий эту последнюю истину особенно наглядно доказала Россия, причём, сделала это дважды. Один раз – во вторую половину 19 века и вплоть до 1917 года. Об этом скажем позже. Второй раз был прямо на наших глазах. На сей раз были развалены страна и экономика, растеряна половина территорий. И мы остались восседать на нефтегазовой трубе, чудом не разрушенной в период от июня 1987 года и примерно до «дефолта» 1998 года – в период господства в стране отношений обмена. Может быть, эта катастрофа произошла вследствие «политики реставрации капитализма»? – Отнюдь!

Есть в истории такой метод познания, как мысленный эксперимент. Метод увлекательный, но трудный. Тому, кто его применяет, нужно быть максимально добросовестным и внимательным, нужно учесть все важнейшие исторические факторы. Блестящий образец корректного мысленного эксперимента есть, например, в работе Плеханова «Наши разногласия». Там, где Плеханов мысленно допускает приход к власти революционных народников и наглядно показывает их неминуемый крах после прихода к власти. Мы же вправе осмелиться на мысленный эксперимент потому, что события происходили у нас на глазах. Итак, ДОПУСТИМ, что КПСС  году этак в 1987 и впрямь взяла бы курс на «реставрацию капитализма». Настоящего капитализма - со всеми его монополистическими и конкурирующими между собой крупными корпорациями, с олигархическими банковскими структурами, с развитой системой перекачек средств в планово-убыточные отрасли, основанной на жесткой и хорошо отлаженной налоговой системе (смотри предыдущую лекцию). ДОПУСТИМ, что КПСС пошла бы к капитализму путем самым прямым и самым коротким, минуя мучительную стадию первоначального накопления капиталов. Для этого нашей многоопытной и весьма влиятельной КПСС было бы достаточно просто отобрать из трехсот миллионов советских граждан тысяч тридцать неглупых людей – одного из десяти тысяч! И просто НАЗНАЧИТЬ эти тридцать тысяч людей капиталистами – передать им в собственность тресты, объединения, банки, торговые дома, тресты общепита, а где остались, то и отдельные заводы и фабрики.

Как нетрудно догадаться, на роль назначаемых капиталистов более всего подошли бы топ-менеджеры соответствующих трестов, объединений, банков, торговых домов и так далее.

Однако это уже вовсе никакой не мысленный эксперимент! Мы вспоминаем, что таковая среда хотя и не была назначена (так как КПСС не занималась реставрацией капитализма!), но тем не менее реально себя показала. Осенью 1990 года именно эта социальная среда стремительно объединилась в организацию, которая была названа «Ассоциацией предприятий промышленности, строительства, транспорта и связи». Штаб-квартира этой организации находилась в Москве в особняке рядом с Курским вокзалом. Ее лидером стал генеральный директор одного из крупнейших высокотехнологичных предприятий Александр Иванович Тизяков. Следствием активности именно данной социальной среды стали три важнейших события: 1)замена премьера Рыжкова на премьера Павлова; 2)Павловская денежная реформа, направленная на подавление разбушевавшейся рыночной стихии в сфере товарооборота и денежного обращения; 3)попытка введения в стране чрезвычайного положения с передачей всей полноты власти ГКЧП.

Вот, оказывается, к чему стремились и к чему должны были стремиться люди, если бы их целью было построение в СССР капитализма!

Со второй половины 1988 года в СССР проявила себя и еще одна немногочисленная группировка, которая реально стремилась к построению в стране капитализма. У этой группировки план состоял в том, чтобы отдать средства производства и природные ресурсы СССР в руки уже имеющихся, уже действующих, уже понаторевших на бизнесе ИНОСТРАННЫХ капиталистов. Подробнее об их плане я рассказал в посте «Почему компрадоры отступили в 1989 году. - Секреты направленного политического действа». Активность этой хотя и влиятельной, но немногочисленной группировки была остановлена одной прицельной контратакой «антиперестроечных сил». Эта успешно проведенная контратака – наука тем, кто хочет познавать и изменять мир. А не просто стенать насчет «либерастов» и жить в мире мифов о всемогуществе некого «мирового правительства», некой «всемирной закулисы», неких всесильных «лож» и прочей чертовщины, служащей ныне для запугивания российского обывателя и для отвлечения его внимания от реальных угроз его Отечеству. 

Если бы КПСС или, если угодно, «руководство КПСС» и впрямь взяло бы курс на «реставрацию капитализма», то это было бы полбеды. С этим можно было бы справиться.. В том-то и ужас, что в 1987 году КПСС брала курс не на «реставрацию капитализма», а на антипод социализма – на мираж в виде отношений свободного рыночного товарообмена. КПСС своим июньским пленумом в 1987 году заявила, что создаст некий «социалистический» рынок. Что она станет искать некую «справедливость» там, где справедливости в принципе быть не может – в отношениях товарного, рыночного обмена. Тем самым КПСС вовлекала в развал и в проматывание советского наследства широчайшие слои общества, нацеливала их на реакционную  утопию, на разрушение производительных сил и самой страны. Этот курс продолжался и после отстранения от власти КПСС. Он продолжался и в форме «чубайсовской» ваучеризации. Он же логично подвел к известному «дефолту», то есть к экономическому банкротству еще остававшегося от СССР государства. Банкротство социальное проявилось во множестве аспектов вплоть до войны против собственной территории – против Чечни, причем в 90 годы речь шла о войне позорно проигранной! Моральное банкротство особенно заметно в том, как проворовавшаяся, изовравшаяся и даже просто спившаяся бывшая партноменклатура после всех заклинаний о «демократии», после всех проклятий и воплей о «репрессиях» завершила свою властную карьеру, отправившись на … явку с чекистом, которому и передала власть.

Однако наш мысленный эксперимент, едва начавшись, превратился уже не в игру допущений, а в реальные воспоминания о событиях, действительно происшедших. И эти события уже на практике не просто подтверждают основной тезис нашей лекции. Эти события вопиют о правоте классиков – о том, что антиподом социализму является не капитализм, а товарное хозяйство, «рыночная экономика».

Разумеется, социализм – это не только отрицание товарного, рыночного хозяйства. Это еще и позитивное, созидательное утверждение. Теперь, определив координаты и четко поставив вектор, мы можем перейти к следующей лекции о созидательной стороне понятия «социализм».

 

 

Tags: Ленин, Маркс, СССР, марксизм, социализм
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 41 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →